Проект, в котором может участвовать каждый

Целью акции является рассказ о тех суровых днях, тяготах и лишениях военного лихолетья, героических подвигах наших соотечественников на фронтах Великой Отечественной, в партизанских отрядах, образцах самоотверженного труда в тылу на полях и фермах, у станков и на речном флоте, фактах массовой поддержки фронтовиков строительством за средства сельчан авиаэскадрильи  и танковой бригады, сбора теплых вещей и множества других акций. В первую очередь, это могут быть рассказы о людях, изображенных на фотографиях военных лет, не только на фронте, но и в тылу, комментарии к сохранившимся письмам фронтовиков, рассказы участников событий тех лет, записанные их детьми и внуками.

В годы войны из нашего района на фронт ушли 11644 человека. 5818 из них погибли. В тылу работали около 25 тысяч человек. В настоящее время в районе проживают 2 участника Великой Отечественной войны, 26 вдов погибших на фронтах Второй мировой, 119 тружеников тыла. И нам нужны яркие короткие эпизоды из повседневной жизни как на фронте, как и в тылу, характеризующие наших земляков, не сломившихся даже в самых серьезных ситуациях. Только не общий рассказ о «…прадедушке, который родился там то, ушел на войну, дошел до Берлина и расписался на стенах Рейхстага…» (Кстати, из нашего района есть ветераны, бравшие Берлин, но о том, что кто то расписался на колоннах или стенах Рейхстага, документальных подтверждений нет. К сведению: в Берлине побывало более миллиона советских солдат, а подписей на стенах и внутри здания Рейхстага около 26 тысяч).

Рассказы о событиях тех времен могут быть и героические или драматические, и курьезные, характеризующие сметку и находчивость наших земляков в экстренных ситуациях. Мы гордимся тем, что в нашем районе родился Герой Советского Союза Михаил Чирков. Наш земляк Николай Ларягин стал полным кавалером орденов Славы. Неплохо бы дополнить их биографии интересными фактами из жизни. Кроме этого, в районе работали люди, ставшие знаменитыми в последующие годы. К примеру, Николай Иванов. Он в 1924 году возглавил Богородскую волостную комсомольскую организацию, потом волостной исполком. Именно в тот период село Богородское было переименовано в Камское Устье. Несколько человек из нашего района были партизанами. Например, Николай Мошков из Теньков или Степан Лебедев из Камского Устья. Не надо забывать о блокадниках, переселенцах, беженцах, детях, попавших в концлагеря. Была и такая категория, как «Сын полка».

 Особая тема – наши земляки, попавшие в плен. Есть и такие. Многие годы все стыдливо замалчивали эту тему. И все из-за того, что в начале войны Сталин произнес, что «у нас не может быть военнопленных, у нас могут быть предатели». Хотя вышедших к немцам с поднятыми руками (наших земляков среди них практически нет) было многократно меньше тех, кто попал в плен при окружении по бездарности военачальников, кто оказался там по ранению, а то и по прямому предательству какого-нибудь генерала. Вернувшихся на родину бывших пленных потом еще и в советские лагеря отправили. Лишь после реабилитации в 80 годы они смогли получить статус участника войны. Вспомнить надо и штрафбаты, и по каким-то причинам пониженных в должности и звании (наш бесшабашный ветеран дважды разжалованный офицер-орденоносец Дмитрий Чумин или бывший ответсекретарь районной газеты Александр Кузнецов).  

Нельзя упускать из виду женщин-ветеранов. Из нашего района были призваны (медики, химики, учителя немецкого языка и др.) или ушли добровольно 257 женщин. Рассказы об их службе – это особая история. Они пришли в часть, а там обмундирования, обуви, головных уборов на них нет. Не говоря уже о белье. Санитарные условия на женщин не рассчитаны. Надо было как то выходить из ситуации.  Но зато курящим выдавали «Беломор»,  а некурящим - шоколад «Аленка». Нужно развенчать слухи о походно-полевых женах. Многие девушки после войны действительно вышли замуж за однополчан, привезли их на малую родину или уехали со своим избранником в его родные края. (Призвано было 257 девушек, а вернулись домой чуть более ста.)

Все слышали про «наркомовские сто граммов», но мало кто знает кому они были положены и когда. Да и выдавали не только водку, но и коньяк, и вино – в зависимости от рода войск.

Еще одно направление – работа тыловых предприятий. Многие из них были эвакуированы из Западных регионов СССР и наши люди могли на них работать. Один пример: осенью 1941 года магазины Казани и близлежащих городов и поселков были завалены мороженым. В Казань был эвакуирован завод по производству мороженого и привезли не только оборудование, но и готовую продукцию. Здесь же можно вспомнить о введенных продуктовых карточках для населения.

Большая нагрузка легла в годы войны на наших речников. Не только в устье Камы, но и под Казанью, Саратовом, Куйбышевым и, особенно, под Сталинградом.

Отдельный разговор о строительстве Волжских оборонительных сооружений, так называемого «Казанского обвода», где несколько тысяч наших земляков, женщин, подростков и стариков в составе строительных бригад, выкопали более 300 километров противотанковых окопов при сорокоградусных морозах, без теплой одежды и обуви, в условиях жесточайшей антисанитарии.

Часть наших земляков валила лес в Займеще, который потом был использован для изготовления шпал при прокладке железнодорожного пути Свияжск-Ульяновск в 1942 году. А готовые железнодорожные марши привозили с БАМа, строительство которого велось в предвоенные годы. Одним из тех, кто эти рельсы возил, был, к примеру, Файзи Саттаров из Камского Устья.

Прозвучит парадоксально, но даже появившаяся на территории Теньковсая лесная ИТК-4, в которой отбывали наказание наши же земляки, осужденные по так называемому «Закону о 5 колосках», работали для фронта, так как помимо табуреток, ложек и т.д., делали заготовки для прикладов к огнестрельному оружию и затем по Волге и Каме отправляли их в Ижевск.

Отдельный разговор о «Детях войны». Федерального закона, определяющего их статус, пока нет. В ряде регионов действует местное законодательство. Я и сам обращался с этим вопросом к депутатам Госсовета РТ, к замминистра соцобслуживания, другим официальным лицам. Пока решения нет. Надо помнить, что и среди названной категории есть свои тонкости, ведь у кого то отец погиб на войне, а кого -то вернулся живым. Понятно, что страдали все, но семьи погибших сильнее.

А почему не вспомнить тех пленных немцев, что работали на наших гипсовых предприятиях? Часть их и похоронена в Антоновке, а вот захоронение в Сюкеево полностью заброшено и о его существовании не знают даже местные жители.

Есть еще много тем, связанных так или иначе с историей нашей Великой Победы, поэтому поисковикам, краеведам есть о чем рассказать молодому поколению.

Виталий Юманов, председатель районного совета ветеранов